Недавние события вокруг «АэроСвита» и распространения информации в СМИ о возможных проблемах в ПриватБанке раз привлекли внимание к зависимости украинской экономики от нескольких олигархических групп. С одной стороны, фактическая монополизация ряда рынков несколькими структурами существенно сказывается на потребителях, что проявляется в низком качестве товаров и услуг, их высокой цене, промедлении с модернизацией и подтягиванием этих отраслей к европейским стандартам. Очевидно, что олигархическая экономика создает проблемы украинцам уже сейчас. С другой — войны за передел собственности между различными олигархическими группами могут привести к дестабилизации целых секторов, наконец, представляют угрозу для экономической и даже политической стабильности в стране в целом. Таким образом, проблемы олигархов рискуют быстро превратиться в проблемы большинства украинских. Такая ненормальная и чрезмерная зависимость судьбы страны и миллионов ее жителей от того, что происходит с несколькими семьями, подталкивает к выводу, что устранение олигархической модели является первоочередной задачей, без решения которой невозможно успешное, а главное, стабильный и устойчивое развитие Украины и ее экономики.

Право сильных

Антимонопольный комитет причисляет к монополизированных только 7,2% украинских рынков. Заместитель председателя АМКУ Рафаэль Кузьмин в свое время объявил, что среди близких к власти олигархов монополистов нет. Крупнейшие рыночные игроки в официальных заявлениях отмежевываются от такого почетного звания, приписывая себе доли в 35%. Именно с превышением этого критического показателя компания признается доминантом. Остальные собственности скрывается за связанными лицами и оффшорными структурами или вообще не считается, так как реестр монополистов в Украине до сих пор нет. Однако игра в прятки не меняет реального положения — рынки находятся под влиянием постоянной концентрации в руках олигархов, ставя под угрозу интересы как граждан, так и экономики страны (см. «Страна для немногих»).

По данным Госкомстата, номинальный ВВП страны за 2012 составил 1,4 трлн грн, или $ 175 млрд. Для сравнения: активы только первой десятки украинских олигархов оценивается в $ 33 млрд. Состояние самого Рината Ахметова, по данным открытых источников, составляют $ 15,3 млрд . Основные активы местной олигархии сосредоточены в стратегических секторах экономики. И процесс их концентрации не останавливается. Например, Дмитрий Фирташ активно скупает облгазы, укрепляя империю в области газоснабжения. Похожей стратегии, но облэнерго придерживается Ахметов.

Читайте также: Как олигархи пережили кризис

Доминирующие игроки, вооруженные административным ресурсом, постепенно «съедая» конкурентов, лишены главной черты прогрессивного бизнеса — склонности к развитию и совершенствованию. Например, среди основных покупателей украинской металлопродукции — страны Ближнего и Дальнего Востока, в частности Китай. Однако в последние годы он занимался активным протекционизмом, стимулируя совершенствование технологий внутренней металлургии и повышения ее качества. Тогда как конкурентоспособность украинского металла снижается, в том числе и через сдержанную модернизацию производства. Если сравнить затраты олигархов на бюрократию, взятки, проплаченные митинги и т.д. с возможными полезными инвестициями, которые помогли бы повысить производственную эффективность отечественных заводов, то вывод неутешителен: им дешевле вкладывать в политику, чем в модернизацию.

Доминирование на ряде товарных рынков (отдельных продовольственных товаров, нефтепродуктов и т.д.) тех или иных игроков в новейшей истории Украины не раз становилось инструментом расшатывания политической ситуации, когда олигархи рассматривали деятельность правительства как невыгодную для себя. Например, признаки картельного сговора имели сахарная и бензиновая кризиса в 2005 году, когда цены (на сахар и бензин) за две-три недели поднимались на 30-50%.

Занимая монопольные позиции на рынке и имея возможность влиять на принятие государственных решений, олигархи блокируют введение высоких стандартов качества, таких как было в случае с планируемым переходом на топливо стандарта Евро-4 и Евро-5 в середине прошлого года, — пока этот шаг отложено на неопределенную перспективу. Выиграли от этого НАК «Нафтогаз Украины» и группа «Приват», которая контролирует большую долю нефтепереработки, тогда как автовладельцы и предприятия должны покупать или дорогое импортное топливо, или отечественное, но сомнительного качества.

На рынке курятины последствия монополизма сказываются прежде всего на конечных ценах и вытеснении мелких игроков. Юрий Косюк, владелец холдинга «Мироновский хлебопродукт», контролирует около 35% отечественного рынка мяса птицы. Его основным конкурентом является Евгений Сигал («Агромарс», ТМ «Гавриловские цыплята»), нардеп от Партии регионов. «Куриные магнаты» всеми возможными способами стремятся доминировать в указанном сегменте, вытеснив независимых игроков, в том числе посредством государственного регламентирования различных стандартов «под себя». Однако, что интересно, увеличивается доля импортной курятины. По данным Украинской аграрной ассоциации, в январе — ноябре 2012-го зафиксировано ее рост до 15% против 8% за аналогичный период 2011-го. Она производится преимущественно в США и Бразилии. При этом с ценами происходит настоящая фантасмагория: бразильское мясо птицы даже с учетом затрат на его доставку из другого полушария планеты стоит на уровне отечественного (!).

Еще один пример влияния монополий — цены на роуминг, которые остаются для украинских абонентов стабильно высокими по сравнению с ЕС, где так называемый максимальный евротариф на уровне 29 евроцентов, но фактически в большинстве стран составляет 13 центов (1,3 грн / мин). Наши соотечественники платят в разы больше. Но среди ярких примеров совместного лоббизма операторов мобильной связи — торможение внедрения целого ряда принятых в развитых странах практик, которые должны стимулировать конкуренцию. Так, возможность изменения абонентом оператора с сохранением телефонного номера было закреплено в телекоммуникационном законодательстве еще в 2009 году. Но этот сервис еще недоступен украинский, очевидно, из-за торможения процессов самими же операторами.

Пользуясь имеющимися рычагами на финансовом рынке, ПриватБанк тоже умудряется время от времени выделиться. В частности, 2011-го граждане, имеющие ипотечные кредиты и должны получить налоговую скидку, с удивлением узнали, что справка о наличии и размере долга в ПриватБанке стоит примерно 500 грн.

В 2011 году компания Дмитрия Фирташа, которая является монополистом в производстве удобрений, начала завышать цены на аммиачную селитру, воспользовавшись отсутствием выбора у крестьян.

Под завалами

От судьбы крупных бизнес-империй зависит судьба миллионов граждан и экономики государства в целом. Сейчас на компаниях олигархов завязаны валютные поступления в страну, сбыт отечественных товаров на зарубежных рынках, ценообразования, развитие ряда градообразующих предприятий и отраслей в регионах и т.д.. Основной чертой большинства украинских собственников есть тотальная концентрация управления бизнес-процессами. А уровень сосредоточения активов уже достиг такого масштаба, что их изменение может сопровождаться остановкой производств, разрушением целых товарно-финансовых цепочек и т.п.. Рискованная ситуация, в которую может попасть та или иная монополия, рикошетом отразится на благосостоянии страны. Например, как свидетельствуют последние события, когда представитель «Семьи» захочет зайти в стратегический актив, принадлежащий кому-то из олигархов, под угрозой окажется целый сектор, а в перспективе и стабильность национальной валюты, рабочие места.

Во время захвата предприятий есть два основных сценария вхождения в капитал нового владельца. Перераспределение прав собственности над стратегическими объектами в лучшем случае происходит без существенного сопротивления предыдущего хозяина, который не имеет возможности или желания сопротивляться. Критическим сценарию сопротивление с последствиями, когда он борется за свои активы, например, с помощью процедуры банкротства предприятия с невыплатой зарплат, остановкой производства.

Ситуация с банкротством «АэроСвита», начатым в конце 2012 года, через которое тысяча украинских не смогли попасть из-за рубежа на родину и наоборот, показала, насколько опасными могут быть разборки по активам того или иного олигарха, на которые положил глаз другой. Тысячи граждан оказались в почти безвыходной ситуации, а несвоевременное реагирование привело к панике среди пассажиров. Поэтому прежде всего от перераспределения олигархической собственности страдают рядовые граждане и работники, которым не выплачивают зарплаты.

Однако есть примеры, когда война за активы отрицательно сказывалась на целой отрасли. Весной 2008 года борьба за активы Владимира Матвиенко фактически ускорила банковский кризис. К тому времени его Проминвестбанк входил в группу крупнейших банков по классификации НБУ, средства физических лиц на счетах составили более 11,9 млрд грн. В октябре 2008-го, после проведенной против банка кампании черного пиара, он испытал финансовые трудности. Почти одновременно с началом кризиса ликвидности на финансовом рынке регулятор ввел в Проминвестбанке временную администрацию. А дальше наблюдалась цепная реакция: проблемы в других банковских учреждениях, мораторий на выдачу депозитов и т.п.. Позже Проминвестбанк был продан российскому «Внешэкономбанку».
Элементарное чувство страха олигархов потерять бизнес отбивает у них всякое желание развивать активы, большинство которых достались им еще во время первого передела собственности, в конце 1990-х. Они не имеют уверенности в том, сохранят свою собственность в Украине через 2-3 года, не говоря уже о 10-20. В условиях политической нестабильности в государстве сформировался правящий класс, живет по принципу «хватай и беги». Поэтому деньги не вкладываются в стратегические проекты, из-за чего консервируется экономика первого-третьего уклада с низким уровнем конкурентоспособности. Олигархи инвестируют прежде всего в области, в которых можно быстро получить доход: сырьевые рынки, финансовый и торговый секторы, сферу услуг и т.п..

История с «АэроСвитом» показала, что попытки «Семьи» или приближенных лиц зайти как владельцы или совладельцы к любой из крупных финансово-промышленных групп или просто давление на них вполне могут парализовать одну или даже несколько отраслей экономики. Для обороны активов их владельцы прибегают к прямому шантажу, пусть даже от этого пострадают потребители или рабочая сила. Контроль над существенной частью того или иного рынка позволяет его парализовать.

Поэтому ситуация, подобная банкротства «АэроСвита», может повториться на любом рынке, который контролируют олигархические структуры. Например, олигархи с целью якобы самозащиты вполне могут прибегнуть к дестабилизации, например, контролируемого ими энергетического рынка. И это будет гораздо катастрофичниши последствия, чем временный коллапс на авиалиниях. Группа «Приват» контролирует значительную часть рынка розничной торговли нефтепродуктами. Структуры Дмитрия Фирташа — газоснабжение на значительной части территории страны. ДТЭК Рината Ахметова сейчас обеспечивает генерацию более трети всей электроэнергии и более половины добычи угля в Украине. Хаос в каждой из этих критически важных для нормальной жизнедеятельности государства сферах может иметь чрезвычайно тяжелые последствия.

Дестабилизация металлургического бизнеса Ахметова или химического Фирташа может привести к резкому падению объемов экспорта и поступления валюты в страну, чревато резкой девальвации гривни (валютный кризис 2008 года является подтверждением). Так же очевиден коллапс финансового сектора в случае серьезных проблем в ПриватБанке, на активы которого приходится 13% всей банковской системы.
И один из самых больших рисков заключается в возможном переходе по определенной политической конъюнктуры стратегических объектов, сейчас контролируются олигархами, в руки российских структур. Ведь в последнее время именно они обычно перехватывают у менее успешных украинских коллег крупные активы: «Индустриальный Союз Донбасса» Сергея Таруты и Виталия Гайдука, Проминвестбанк т.д.. Основные причины — преобладание среди иностранного именно российского капитала — ментальный и геополитический фактор: инвесторы с Запада не могут приспособиться к условиям ведения бизнеса по-украински. Поэтому очевидно, что, почувствовав угрозу поражения в межвидовой борьбе, наши олигархи могут в любой момент продать свои активы только российским структурам, которые имеют навыки и влияние для сохранения и защиты их в постсоветских украинских реалиях.
Однако продажа олигархами, ныне монопольные позиции в ряде стратегических отраслей украинской экономики, своих активов россиянам не только означать потерю экономического суверенитета, но и создаст предпосылки для их использования в качестве плацдарма с целью подчинения их же структурами остальных привлекательных украинских объектов, усиление политического влияния Кремля на официальный Киев. Например, доступ к газораспределительных активов, а значит возможность непосредственно поставлять голубое топливо потребителям интересует Газпром не меньше, а возможно, и больше, чем транзитная труба. Для Украины это означает цементирования газовой зависимости и резкое увеличение количества рычагов политического шантажа. Такую возможность Москве может обеспечить покупка прежде активов Дмитрия Фирташа. Переход к российским структур активов группы «Приват» на рынке нефтепродуктов означать его постепенную монополизацию ними с возможностью не только получение сверхприбылей, но и политического шантажа. Не меньшую угрозу национальной безопасности составит и переход российским компаниям ДТЭК Рината Ахметова, что фактически будет означать покупку украинской электроэнергетики и угольной отрасли оптом, а это ли не последние источники энергии, по которым наша страна пока не имеет тотальной зависимости от поставок из РФ.

Минимизировать такие риски вполне возможно. В частности, для этого нужно, чтобы наконец заработали антимонопольное законодательство и профильное ведомство. В развитых государствах монополистов менее штрафуют, это ограничивает их планы по захвату рынков, побуждает инвестировать в инновационные технологии, венчурные проекты. Преодоление влияния компаний-номинантов возможно через либерализацию рынка, реальный контроль над ценообразованием, улучшение бизнес-климата, разделение монополистов или вхождения в капитал номинантов иностранных инвесторов. В любом случае необходимым условием перехода к динамичному и стабильному развитию экономики является измельчение олигархических конгломератов.

Фото ipress.ua

Украина была среди наиболее пострадавших стран во время экономического кризиса 2008-2009 годов. Это, безусловно, сказалось и на финансово-промышленных группах.
Мы проанализировали основные финансовые показатели около 3 тыс. предприятий основных ФГП Украине за последние четыре года.
Они обладают несколько большим количеством предприятий, чем нам удалось найти, однако основные крупные и средние предприятия все же удалось охватить.
По суммарным доходам пальму первенства продолжает уверенно держать СКМ Рината Ахметова. Выручка предприятий его империи приблизительно равна выручке семь других крупнейших финансово-промышленных групп.
Доход СКМ существенно снизился в 2009 году, однако за четыре года вырос на 60% и за 2011 год существенно превышает предкризисный уровень.
Другим группам за четыре года тоже удалось нарастить доходы, несмотря на спад 2009 года. Однако оправиться от кризиса не смог «Укрпроминвест» Петра Порошенко. Поскольку бизнес этой группы существенно завязан на импорте — производство автомобилей и сладостей, — девальвация гривни не способствует развитию группы.
Доход основных финансово-промышленных групп, 2008-2011 годы, млрд грн

Доходы первых шести финансово-промышленных групп составляют около 20% доходов всех предприятий страны.
Империя Ахметова — это одна десятая всей экономики страны, и доля доходов продолжает расти. Благодаря политике активной покупки активов, эта группа продолжает расширять свое присутствие в украинской экономике.
СКМ оставила далеко позади такие громкие имена как группа «Приват» и ИСД, которые удовлетворяются 3,5% и 2% дохода украинских предприятий. Доли других крупнейших групп значительно меньше и составляют около 1%.
Процент дохода основных финансово-промышленных групп в общих доходах предприятий Украины

Кроме наибольших доходов, СКМ может также похвастаться значительной доходностью. Ее чистая прибыль за четыре года омрачает убыточные показатели «Привата» и ИСД, а также значительно меньшую прибыль группы «Энергетический стандарт».
Похоже, большие проблемы имеет сейчас «Приват». Группа занимает лидирующие и часто монопольные позиции на рынке топлива, ферросплавов, авиаперевозок и в банковской системе. Однако все эти отрасли, в частности, и теперь печально авиаперевозки, находятся в плохом состоянии.
Несмотря на волатильность прибыли и часто убыточность, ФПГ платят значительные суммы налога на прибыль. Очевидно, бывшая ГНА не жалеет никого, и многие предприятия все же переплачивают налоги.
Доходы и налоги ФПГ, млрд грн

По косвенных налогов, то лидерами по их уплате в процентах к выручке являются финансовые группы «Континиум», «Смарт групп», «Приват» и «Укрпроминвест». Предприятия других ФПГ более ориентированы на экспорт, поэтому платят меньше НДС.
Выручка и косвенные налоги ФПГ, млрд грн

В общем, лучше пережить кризис удалось предприятиям СКМ и другим ФПГ, ориентированным на экспорт. Наиболее пострадавшими выглядят предприятия Петра Порошенко и Игоря Коломойского.
Предприятия Порошенко имели наибольшее падение выручки по сравнению с другими ФПГ. В то же время предприятия группы «Приват» страдают не столько от потери выручки или своих позиций на рынке, сколько от падения доходности.

По материалам «Економічна правда»